Инглин ближе всех к корням Иггдрасиля, именно она заключила договор, по которому Аустри оказались под землёй. Многим он кажется странным или несправедливым, ведь лесные духи отказались от леса и сейчас укрепляют Ясень практически ни за что. Но Мастер Клятв верит, что именно такие договора, которые закрепляют чьё-то предназначение, являются истинной ценностью и защищают мир от распада. Не выгода, а великая цель, должна стоять в основе клятвы. А без таких связей лишь хаос Рагнарёка.
Но есть у Инглин одна оборванная связь, которую всё ещё можно восстановить. Сын её сестры Лейн и простого человека. Та семья осталась в Мидгарде, когда остальные ушли под землю, но прошло совсем немного времени, как были кем-то убиты. Говорят их мальчик, Бьёрн, всё ещё жив, находится где-то в людских землях. Инглин искала его, но мир ей не отвечал, не подсказывал.
Пришло время великих изменений. Возможно в буре всплывёт и имя Бьёрна.
Бьёрн
Битвы, сражения, путешествия -- вот жизнь Бьёрна. У него сильные руки, быстрые ноги, крепкая голова, чем не великий воин? Разве что-то ещё нужно для хорошей жизни? Но иногда его посещают странные сны: волшебный лес, хоровод духов, шёпот древности. Разгадка этой странности скрывается в детстве воина. Однако пока что Бьёрну проще было продолжать бесконечные сражения, а не копать в прошлое.
Вот что он помнит о ранних годах. Его родители жили вдали от деревень. Мама была не похожа на человека, скорее на лесного духа. Папа был охотником. Они рано умерли, мальчик был ещё в бессознательном возрасте. Тогда лес горел, родители пожертвовали жизнью, чтобы вытащить сына. И Бьёрна подобрал воин из поклонников Тора, научил сражаться и воспитал.
Бьёрн в битве и беге был как рыба в воде. Ничего больше его не волновало. И так проходили долгие года. Вот несколько столетий прошло, а Бьёрн всё ещё сражается, сражается, сражается... Он не знает, сколько ему лет, да и не важно. Зачем думать, когда можно просто жить?
Прошлое умерло с родителями в том лесу. Зачем копаться в прахе? Жизнь была в движении вперед, в ударе меча, в крике триумфа. И пока его ноги несут в битву, Бьерн чувствует себя цельным. Человеком. Воином. Достойным.