#Главнокомандующий капитан Альвизе Бенедетти

Ключевая фраза: «Честь — не то, что дают. Честь — то, что возвращают. Я верну свою. Даже если для этого придётся умереть».

Литературная вводная
Альвизе Бенедетти стоял на крепостной стене Барджелло Воспоро и смотрел на море, которое с каждым днём становилось всё беспокойнее — сезон штормов обещал отрезать колонию от метрополии на долгие недели. Он родился в семье, которая четыре поколения служила Венецианской республике мечом и кровью. Его отец пал в битве с пиратами. Его дед командовал флотом в войне с Генуей. Сам он, кавалер ордена Святого Марка и ветеран двенадцати кампаний, должен был закончить службу в почёте, а не в этой богом забытой колонии. Но ложное обвинение в трусости, сфабрикованное старым недругом графом ди Монтефельтро и подкреплённое молчанием Агостино Барбаро, перечеркнуло всё. Совет Десяти вынес приговор, и теперь он здесь — в изгнании, но всё ещё при оружии. Его задача проста: укрепить оборону города, навести порядок в разношёрстном гарнизоне и, главное, вернуть себе честное имя. Если для этого придётся погибнуть — он готов. Смерть не пугает того, кто уже терял всё.

Ветеран множества кампаний против Чумы, Альвизе давно понял: в бою важны не молитвы, а расчёты и дисциплина. Но он также видел слишком многое, чтобы слепо верить официальной доктрине Церкви. Он не считал заражённых бездушными чудовищами — для него они были, в первую очередь, людьми, которым не повезло. Среди «нечистых» он встречал тех, кто сражался до последнего, спасал товарищей и умирал с мечом в руке. Именно поэтому он запретил в своём гарнизоне самосуды над заражёнными без трибунала — не из милосердия, а потому что верил в закон, единый для всех.

С капитаном Чезаре Боргой у него сложились сухие, сугубо профессиональные отношения. Альвизе предпочитал держать его на расстоянии вытянутой руки: полезный инструмент, который нельзя выпускать из виду.

Его главной опорой среди наёмников стали бойцы «Кровавых Псов». Ветераны, которые понимали приказы без лишних слов. С Джованни «Корво» Бертолли он сталкивался редко, но знал: этот молчаливый солдат не подведёт в тёмном деле, хотя его преданность покупается только золотом. Марко «Гром» Бельмонте импонировал ему своей грубой прямотой — бывший шулер, который мог и переговоры провести, и череп проломить. Бенедетти иногда обменивался с ним скупыми фразами о состоянии казны отряда, понимая, что Гром — один из немногих, кто говорит что думает. Что касается Поло ди Фалько, то Альвизе испытывал к нему неожиданное уважение: молодой стратег был предан Волку Моретти не за страх, а за совесть, и эта верность напоминала капитану его собственную службу Республике. Сальваторе “Волка” он мог бы назначить временным командиром, если бы обстоятельства вынудили его покинуть пост. Элиза «Тень», наёмница-лекарь, вызывала у него осторожное любопытство — она была одной из тех, кто лечит и калечит одинаково молча, и Альвизе подозревал, что в её прошлом скрыто нечто большее, чем она рассказывает.
Среди гражданских его внимание привлекла аптекарь Изабелла Росселли. Он искал её помощи, когда один из его ветеранов получил осложнение после ранения, и то, что он увидел, поразило его. Молчаливая, собранная, с руками, не знавшими дрожи, она работала словно опытный полевой хирург, хотя ей не хватало формального образования. Альвизе разглядел в ней редкое качество — дар, который не купишь за золото. Он видел в ней ценный актив, который нужно защищать. Если понадобится, он возьмёт её под свою юрисдикцию как военного лекаря. Не из жалости, а потому что она — шанс для всего гарнизона. И для города.
Инженер Леонардо да Винченца — гениальный изобретатель, чьи механизмы могут изменить ход обороны города. Альвизе уже обратился к нему с заказом на оружие для гарнизона. Леонардо колеблется — он хотел бы создавать, чтобы спасать, а не убивать, — но Альвизе умеет быть убедительным. Кроме того, ему нужны не только пушки: протезы, которые разрабатывает инженер, могут вернуть в строй покалеченных солдат. Альвизе намерен поддерживать Леонардо и дальше — деньгами, защитой от церковников и, если понадобится, силой. Потому что такие люди, как этот инженер, нужны городу не меньше, чем меч.
За стенами собиралась тьма. Орды мертвецов блуждали у восточных перевалов. Тиран в пещерах ждал своего часа. И Альвизе Бенедетти, главнокомандующий гарнизона Барджелло Воспоро, был готов встретить всё это. Потому что война — это то, что он умеет.

---

Рассказ Альвизе Бенедетти о Хамфри Эспозито.
«Я не ненавижу его. Ненависть — удел слабых. Я презираю его. Это хуже». Записываю для себя. Пусть останется в этом дневнике. Может быть, когда меня не станет, кто-то прочитает и поймёт. Хотя вряд ли. В этом городе никто ничего не понимает. Меня зовут Альвизе Бенедетти. Я — главнокомандующий гарнизона Барджелло Воспоро. Я — венецианский аристократ, кавалер ордена Святого Марка, ветеран двенадцати кампаний. Мой отец пал в битве с пиратами. Мой дед командовал флотом в войне с Генуей. Моя семья служила Республике четыре поколения. А Хамфри Эспозито — бывший солдат. Дезертир. Бандит. Он прячется в форпосте как крыса. Вы спросите, почему я его ненавижу? Я отвечу. И вы поймёте.

Город Лаштей
Пять лет назад. Мы зачищали Город Лаштей — одну из тех чумных язв, которые Республика пыталась выжечь калёным железом. Я командовал авангардом регулярных войск. Агостино привёл свою Вольницу — отряд наёмников, сброд, состоящий из дезертиров, убийц и неудачников. Они были нужны для численности. Я не доверял им, но приказы не обсуждаются. Всё шло по плану до тех пор, пока Тиран — не такой, как тот, что спит под Барджелло, но всё же Тиран — не выпустил волну. Мертвецы хлынули из подземелий, как вода из прорванной плотины. Мы держали центр. Хамфри держал левый фланг. И он дрогнул. Я не знаю, что там случилось. Может быть, его люди запаниковали. Может быть, он сам испугался. Но факт остаётся фактом: он запросил подкрепление в тот момент, когда я не мог его дать. Если бы я ослабил центр, орда прорвалась бы в тыл. Погибли бы все — и его люди, и мои, и те, кто ждал нас за стенами. Я отказал. Я объяснил ему тактическую ситуацию. Я показал карты. Я привёл расчёты. Я сделал всё, чтобы он понял — это не трусость, это необходимость. Он не понял. Или не захотел понимать. После битвы он пришёл в мой лагерь с окровавленным мечом. Глаза — как у бешеного пса. Он кричал, что я бросил его людей на смерть. Что я — трус. Что я — предатель. Я смотрел на него и видел не солдата — зверя. Человека, который не способен мыслить шире своей окопной правды. Он не понимал, что война — это не только подвиги и кровь. Это ещё и расчёты. И жертвы. Иногда приходится выбирать меньшее зло. Он не хотел слушать. Он хотел крови. Нас разняли. В ту ночь я понял: этот человек — мой враг. Не потому, что мы сражались на разных сторонах. А потому, что он никогда не простит мне того, что я выжил. А его люди — нет.

Совет
Через месяц меня обвинили в трусости. Ложное обвинение. Меня подставили — граф ди Монтефельтро, мой давний недруг, подкупил свидетелей, подделал документы. Совет Десяти вынес приговор: изгнание в Барджелло Воспоро. Я мог бы оправдаться. У меня были свидетели, которые видели, как я сражался в Городе Лаштей. Один из них — Хамфри Эспозито. Он был там. Он видел, как я держал центр. Он знал, что я не трус. Он промолчал. Я не знаю, почему он это сделал. Может быть, он хотел отомстить. Может быть, ему было всё равно. Может быть, он просто не хотел связываться с венецианскими властями. Но факт остаётся фактом: он мог спасти мою честь. И не сделал этого. Когда я узнал, что он в Барджелло, я подумал: «Вот оно, возмездие. Он думал, что избавился от меня, а мы оказались в одной клетке». Я не стал его убивать. Не потому, что не хотел. Потому что это было бы слишком легко. Я хочу, чтобы он страдал. Я хочу, чтобы он видел, как я поднимаюсь. Как я возвращаю свою честь. Как я доказываю, что я — не тот, кем он меня считает.

Барджелло
Здесь он спрятался в форпосте. Он называет это «свободой». Я называю это «анархией». Он не признаёт законов. Он не отчитывается перед властями. Он решает всё силой — своими кулаками, своим мечом, своей волей. Я предлагал ему сотрудничество. Я предлагал интеграцию Вольницы в гарнизон с сохранением его командования. Я предлагал деньги, оружие, провизию. Он отказался. «Мои люди не будут служить аристократической швали», — сказал он. Я ответил: «Твои люди — бандиты. И их место — в тюрьме». С тех пор мы не разговариваем. Мы смотрим друг на друга на советах, и в наших взглядах — холодная ненависть. Он знает, что я мог бы сдать его военному трибуналу за дезертирство. Я знаю, что он мог бы убить меня в любой момент. Но мы не стреляем друг в друга. Пока.

Что я о нём думаю
Хамфри Эспозито — трус. Он бросил свой пост, когда пришла Чума. Он бежал, спасая свою шкуру, а его товарищи остались умирать. Он не лучше меня. Он хуже. Он — бандит, который прикрывается громкими словами о свободе. Он — дезертир, который не имеет права называть себя солдатом. Он — позор для воинского звания. Я не знаю, чем закончится наша вражда. Может быть, мы убьём друг друга. Может быть, один из нас уйдёт. Может быть, когда Тиран пробудится и орда пойдёт на город, мы будем вынуждены встать плечом к плечу. Я не хочу этого. Я хочу, чтобы он исчез. Но если придётся — я буду сражаться рядом с ним. Потому что я — солдат. А солдаты не выбирают, с кем воевать. Они просто воюют.
— Из личного дневника Альвизе Бенедетти, 1515 год

Союзники
«Кровавые Псы» — главная боевая опора.

Сальваторе «Волк» Моретти — лидер наёмников. Альвизе уважает его как профессионала и видит в нём того, кому можно доверить временное командование гарнизоном. Волк — единственный, с кем он говорит на равных.

Марко «Гром» Бельмонте — казначей и голос отряда. Его грубая прямота импонирует Альвизе. Через Марко можно решать финансовые вопросы и договариваться о контрактах без лишней дипломатии.
Поло ди Фалько — молодой стратег, чья преданность Волку напоминает Альвизе его собственную верность Республике. Он видит в Поло будущего командира.

Элиза «Тень» — наёмница-лекарь. Альвизе ценит её за молчаливый профессионализм и подозревает, что она знает больше, чем говорит. Присматривается к ней.

Джованни «Корво» Бертолли — талантливый инженер. Такие люди нужны отряду.
Изабелла Росселли — талантливый аптекарь и хирург. Альвизе видел её в деле и намерен защищать как ценный военный актив. Если понадобится — оформит её как гарнизонного лекаря, чтобы вывести из-под удара Церкви.

Инженер Леонардо да Винченца — гений, способный создать оружие против мертвецов. Альвизе уже присматривается к нему и планирует заказать у него партию устройств для обороны стен.

Бургомистр Риккардо Висконти — прямой начальник. Отношения холодные, но рабочие. Альвизе знает, что Висконти не до конца ему доверяет, и намерен доказать свою полезность делами.

Орнелла Висконти — дочь бургомистра. Альвизе смотрит на неё с неожиданной теплотой: она напоминает ему кого-то из прошлого. Он готов прикрыть её перед отцом или Церковью, если потребуется.

Судья Витторио Манфреди — неподкупный законник. Альвизе уважает его принципиальность и видит в нём союзника в борьбе за порядок.

Хамфри Эспозито — Альвизе знал, что Хамфри Эспозито где-то рядом. Не в городе — в городе тот не продержался бы и недели. Слишком много глаз, слишком много тех, кто помнит. Значит, форпост. Скорее всего — Топь Грехов, где оседают те, кому есть что скрывать. Там, среди болот и таких же отверженных, его враг залёг на дно, притворившись кем-то другим. От одной этой мысли капитан чувствовал, как желчь подступает к горлу. Но он не станет мстить. Он просто будет ждать.

Кардинал Алессандро Фарнезе — скользкий политик, пытающийся подмять под себя светскую власть. Альвизе не доверяет ему и видит в нём угрозу порядку.

Кардинал Рамон де Паллас — фанатик. Его идея крестового похода против заражённых противоречит прагматичному подходу Альвизе: он не собирается жечь солдат только за то, что их укусили. Если де Паллас попытается диктовать гарнизону свои условия — получит жёсткий отпор.

Капитан Чезаре Борга — потенциальная угроза. Пока полезен, но Альвизе держит его на коротком поводке и ждёт, когда коррумпированный капитан оступится.

Задачи на игру
1.Навести порядок в гарнизоне. Разношёрстный сброд, наёмники и городская стража должны стать единым кулаком. Без дисциплины колония падёт.
2.Доказать преданность Республике. Каждая победа, каждый укреплённый бастион, каждый спасённый караван — это шаг к тому, чтобы смыть клеймо труса, поставленное ложным обвинением.
3.Вернуть честь. Настоящая цель, ради которой он дышит. Не просто реабилитироваться в глазах Совета Десяти, но и заставить замолчать тех, кто оклеветал его. В первую очередь — Хамфри Эспозито, чьё предательство на Совете стоило ему всего.
4.Укрепить оборону города. Сезон штормов отрежет колонию от метрополии. Стены должны выдержать, гарнизон должен быть готов, а форпосты — снабжены. Если понадобится, он лично поведёт людей в бой.
5.Помочь университету выбрать достойного нового Канцлера. Инженеры и алхимики нужны гарнизону как воздух. Новое оружие, средства против Чумы, протезы для покалеченных бойцов — всё это может дать только Университет. Альвизе должен найти с новым канцлером общий язык.
6.Держать капитана Чезаре на коротком поводке. Он полезен, но ненадёжен. Альвизе знает о его тёмных делишках и закрывает глаза ровно до тех пор, пока это не угрожает гарнизону. Если Чезаре перейдёт черту — убрать без колебаний.
7.Защитить ценных специалистов. Изабелла Росселли — талантливый лекарь, способный заменить полевого хирурга. Если Церковь или конкуренты попытаются её тронуть, Альвизе возьмёт её под свою юрисдикцию как военного медика.