Легендарный наемник, лидер "Кровавых Псов". Холоден, расчетлив и не знает пощады к врагам.
#НаемникЛегенда #СилаИБезжалостность
Весть о смерти Папы
Колокола Барджелло зазвонили на рассвете — не тревожно, не празднично, а глухо, мерно, как бьётся сердце умирающего. Папа Лев X покинул этот мир. Святой Престол опустел.
Для одних это траур. Для других — шанс. В городе, где сходятся интересы Авиньона и Венеции, где учёные спорят с инквизиторами, а наёмники продают мечи тому, кто больше заплатит, смерть понтифика — не просто церковное событие. Это начало большой игры.
Теперь каждый, кто носит сутану, смотрит на горизонт с тайной надеждой или страхом. Путь к тиаре неблизок: нужны деньги, союзники, компромат на соперников. Нужен божественный знак — пророчество, реликвия или чудо. А главное — нужно успеть, пока сезон штормов не отрезал город от метрополии.
Кто станет новым Папой? Тот, кто сумеет собрать больше голосов, больше золота и больше веры. Или тот, кто докажет, что именно он избран свыше. Барджелло затаил дыхание. Большая игра начинается.
Университет остался без головы. Прежний канцлер, старый Галиотто Джустиниани, мечтатель и глупец, отправился в туманные земли с белым голубем в клетке — символом мира и доброй воли. Голубя не оценили. Как и самого канцлера. От него не осталось даже регалий, чтобы похоронить.
Теперь кресло главы Храма знаний пустует. Лучшие умы города уже поглядывают на него с плохо скрываемым интересом. Для администрации это кресло — рычаг влияния на науку, ресурсы и кошельки. Для Церкви — возможность подмять Университет под себя или потерять его навсегда. Для учёных — шанс обрести голос, который будет звучать громче епископских проповедей.
Кто станет новым Канцлером? Прагматик, который продолжит щедро платить церковную десятину? Идеалист, готовый отстаивать науку до костра? Или тёмная лошадка, о чьих намерениях никто не догадывается до последнего? Ставки высоки, и каждый понимает: тот, кто сядет в это кресло, определит не только судьбу Университета, но и судьбу всего города.
#орг_инфо
Общий игровой чат для игроков и мастеров -
https://vk.me/join/2H28ZL5vLkWTAF8d1Wpn3EfUqdBBulYxdbM=
Добавляйтесь)
Ключевая фраза: «Я вёл людей в ад и возвращался. Теперь ад течёт во мне. И я не знаю, проклятие это или дар».
Литературная вводная
Сальваторе Моретти не верил в Бога с тех пор, как увидел свой первый Город Скорби. Там, среди руин, где ветер носил пепел вперемешку с чумными спорами, а мёртвые вставали и шли на свет, вера была роскошью, которую не могли позволить себе ни живые, ни мёртвые. Он верил в другое: в дисциплину, в клинок, в слово, данное отряду. Его «Кровавые Псы» прошли через десятки пандемониумов, держали рубежи, где отступали армии, и зачищали заражённые кварталы, оставляя за собой лишь пепел и тишину. Его имя внушало ужас врагам и уважение союзникам. Его приказы не обсуждались.
Но всё изменилось в гнилых недрах Города Лаштей. Во время зачистки подземного яруса Моретти был ранен — укус мертвеца, глубокий, рваный. По всем законам он должен был умереть или превратиться в безмозглую пустышку. Он выжил. И стал нечистым. Кожа приобрела оттенок старого воска, кровь стала темнее ночи, а в тишине он начал слышать шёпот — тот самый, который слышат заражённые перед тем, как потерять рассудок. Он не потерял.
Вокруг него стало тише. Кто-то из бойцов отвёл глаза. Кто-то перестал здороваться. Один осмелился усомниться вслух — и получил сталь под рёбра. Потому что Волк остался Волком. Он всё так же ведёт в бой, всё так же возвращается с победой. Его приказы исполняют, даже если их отдаёт человек с мёртвой кровью. И всё же что-то сломалось внутри.
Раньше он знал, кто он: солдат, наёмник, лидер. Теперь он не знал никто. Чума не убила его — она что-то с ним сделала. И он должен понять, что именно. Не из праздного любопытства — из необходимости. Потому что если он не поймёт, кем стал, он не будет знать, что делать дальше. А «Кровавые Псы» идут за ним. Они всегда идут за ним. И он не имеет права вести их вслепую.
Моретти никогда не был религиозен, но теперь он оказался втянут в духовную битву, к которой не был готов. С одной стороны, чумные сны шептали ему о величии: он — не просто заражённый, он — избранный, мост между мирами, воин нового порядка, где Чума не проклятие, а эволюция. Тиран звал его, и что-то внутри откликалось. С другой стороны, он помнил лица тех, кого потерял в Лаштее. Он помнил запах горелой плоти на кострах инквизиции. Он помнил, что значит быть человеком — даже если теперь его кровь черна.
Исповедь у отца Джорджио Кинкетто стала поворотным моментом. Он пришёл к священнику ночью, один, без меча. Говорил глухо, отрывисто, глядя в пол. Рассказал про заражение, про сон, про голос, который зовёт его из-под земли. Кинкетто выслушал молча. А потом сказал: «Бог не отвергает тех, кто борется. И я не отвергну». И отпустил грехи. Все. Даже те, которые Моретти сам себе не мог простить. Этот акт милосердия потряс его сильнее, чем любая битва.
Теперь его разрывают два голоса. Один — голос Тирана из сна, зовущий к пробуждению и новой эре. Другой — голос Кинкетто, тихий, но твёрдый: «Останься человеком. Даже с Чернилами в крови. Даже если весь мир назовёт тебя чудовищем».
Мучительный сон:
Ночь. Темнота. Я чувствую жажду. Но не воду — крови. Нет, не крови. Чернил. Они текут по моим венам, и я слышу их голос. Это не шёпот, это марш. Тысячи ног идут в такт моему пульсу. Я вижу поле битвы, усеянное мёртвыми. Я узнаю их лица — это мои бойцы. Мои «Псы». Они лежат в грязи, и глаза их открыты, но пусты. Я командовал ими. Я вёл их. Я не смог их спасти.
Земля дрожит. Из-под насыпей поднимаются воины. Их доспехи в земле, глаза светятся призрачным огнём. Они не мёртвые. Они не живые. Они смотрят на меня и ждут приказа. Я знаю, кто их прислал. Он стоит на холме — огромный, серый, с короной из пепла. Царь. Не римский, не варварский — царь мёртвых. Он смотрит на меня, и я понимаю: я такой же, как он. Чума не убила меня — она сделала меня мостом. Мостом между теми, кто дышит, и теми, кто марширует.
Я просыпаюсь. Чернила на моих руках — или это кровь? Я сжимаю кулак. Пульс всё ещё стучит в такт тому маршу. Где-то глубоко под землёй он ждёт.
Связи
Отец Джорджио Кинкетто — единственный, кому Моретти раскрылся полностью. Священник знает его тайну и не предал. Волк не стал набожным, но в часовню у восточных ворот он иногда заходит — не молиться, а просто посидеть в тишине. И Джорджио знает: самый страшный человек в Барджелло боится не смерти, а того, что уже никогда не будет прежним.
Капитан Альвизе Бенедетти — главнокомандующий гарнизоном. Между ними нет дружбы, но есть взаимное уважение профессионалов. Бенедетти никогда не отзывался о зараженных плохо. Может стоит ему раскрыть тайну?
Поло ди Фалько — верный помощник и правая рука. Догадывается о состоянии командира, но ни разу не задал вопроса.
Диана Виваче — вернулась в город недавно. Волк заметил её интерес к своей персоне и пока не понял, что ей нужно. Но она наблюдательна — возможно, слишком наблюдательна.
Иэн Стюарт — старый противник. Пять лет назад они сражались по разные стороны. Теперь он в Барджелло — и наверняка помнит лицо Волка.
Брат Марти де Вилакруа — тот самый полевой врач, что когда-то спас ему жизнь. Волк помнит его смутно — только тень, склонившуюся над ним в грязи, только руки, перевязывающие раны, которые не должны были зажить. Марти оставил его, думая, что оставляет умирающего. Но Волк выжил. И теперь они снова в одном городе. Марти знает его тайну — и не предал. Более того, он верит, что заражённых можно спасти. Волк не уверен, что это правда. Но он благодарен этому тихому монаху за то, что тот дал ему шанс. И, возможно, однажды этот шанс понадобится снова.
Шпаргалка: