С началом войны Сидорова из колонии направили в штрафбат, дав возможность “искупить кровью” кражу пайков . Там, на фронте, он и познакомился с товарищем Черняховским. Тот, в отличие от многих других, относился к штрафникам как к людям и, если человек не трусил, шел вперед и не бежал от пули, то относился к таким с уважением, готов был поддержать и помочь.
Однако так случилось, что помощь понадобилась не Сидорову, а самому товарищу Черняховскому. Весной 42-го подразделения, в которых служили Сидоров и Черняховский, попали в окружение. Штрафники и свободные сражались плечом к плечу. Всех офицеров уже убили, и командование на оставшейся полусотней бойцов взял на себя старшина Черняховский. Он смог организовать бой так, что два десятка бойцов смогли прорваться. Они - смогли, а вот Черняховский упал, когда уже рядом был спасительный лес, а немецкие цепи остались позади. Сидоров, который бежал сзади, заметил это, остановился и оттащил товарища старшину в ближайший ельник. Там они подождали, пока наступающие немцы пробегут мимо. Рана старшины была не опасна, но тот потерял много крови. Сидоров перевязал товарища, как смог, а дальше они несколько недель лесами пробирались к своим.
После того случая с Сидорова сняли судимость, а Черняховский прямо сказал, что он теперь навек должник вчерашнего зека, и тот может рассчитывать на любую помощь, кроме, конечно, вреда Советской власти. Время от времени они переписывались. Черняховский знает, что в Энске Сидоров работает разнорабочим на заводе, что злоупотребляет спиртным и, хотя потом в этом раскаивается, но бросить не может.