Рыцарь и опытный экономист в свите герцогини. Один из лучших фехтовальщиков Туссента
Если вы решитесь навестить могилу старого графа Креспи, вам следует отправиться не на винодельню, где он жил, а на Боклерское кладбище, где он обрёл вечный покой. Или, как шепчут некоторые, откуда его покой был нарушен.
Дорога туда ведёт через Старый Лес, что к северу от города. Это не идиллическая туссентская роща с поющими птицами. Деревья здесь стоят теснее, их ветви, покрытые густым мхом, сплетаются в подобие арок, сквозь которые с трудом пробивается дневной свет. Воздух влажный и прохладный, даже в самый знойный полдень. Повозки здесь ездят редко, и главная тропа, выложенная булыжником, местами провалилась и заросла папоротником.
По мере вашего движения шум города — смех, музыка, брань торговцев — остаётся позади, сменяясь гнетущей тишиной. Лишь изредка её нарушает шелест листьев под лапкой какой-то невидимой твари или отдалённый стук дятла, звучащий как похоронный барабан.
В конце этой тропы, за очередным поворотом, каменная ограда кладбища возникает внезапно, будто вырастая из самой чащи. Чёрные, покрытые патиной кованые ворота всегда приоткрыты, словно ожидая новых гостей. Войдя, вы оказываетесь в мире мраморной тишины и ушедших историй.
Само кладбище ухожено — за ним следят городские могильщики, — но атмосфера его тяжела. Аллеи между надгробиями петляют меж старых кипарисов, чьи длинные тени даже в полдень ложатся, как тёмные стрелы.
Семейный склеп Дома Креспи стоит на самом возвышении, в дальнем углу кладбища, откуда в ясную погоду можно было бы увидеть башни Боклера и даже крышу Бельгаарда. Теперь же вид заслоняют разросшиеся ветви деревьев.
Именно здесь, в холодном каменном уединении, вдали от шума своего виноградного поместья, покоится граф Армандо Креспи. Но, судя по слухам, творящимся на Бельгаарде, его дух находит это место недостаточно уединённым и предпочитает бродить среди родных ему виноградных лоз, что он любил при жизни.
Запись в личном дневнике сэра Андреаса фон Ираццо
Чёрт побери. Чёрт побери все эти призраки, это проклятое поместье и этот старый хрыч Креспи, который и после смерти умудрился меня оскорбить.
Мне, чемпиону княжества, мастеру клинка, чьё имя заставляет трепетать бандитов на большаках и чьей меч наводит ужас на чудовищ в Блюхерском лесу… мне было предложено стать смотрителем за виноградниками Бельгаард! И я… я согласился. Почему? Потому что сама Княгиня почти что лично попросила меня об этом. Её улыбка, её слова: «Андреас, только вы можете спасти это наследие Туссента» — они вскружили голову. Я видел себя благородным владельцем Бельгаарда, восстанавливающим его славу. Я представлял, как буду разливать своё вино на приёмах, а гости будут восхищённо шептать: «Это вино от сэра Ираццо, вы знаете, он ещё и неплохо фехтует».
О, глупец. О, самовлюблённый, наивный глупец.
Я прибыл к Бельгаарду в солнечный полдень, верхом на лучшем своём скакуне, в новых, сияющих доспехах. Я ожидал увидеть испуганных, но радостных крестьян, которые выбегут навстречу своему новому защитнику. Вместо этого меня встретили заколоченные ставни, разбитая ограда и гробовая тишина, нарушаемая лишь карканьем воронья.
Ворота были распахнуты настежь. Ветер гонял по двору высохшие листья и обрывки какой-то соломы. Я крикнул: «Эй! Есть здесь кто?!» Мой голос, обычно такой властный и звонкий, пропал в этом безмолвии, словно его поглотила вата.
Я вошёл в главное здание. Внутри царил хаос. Опрокинутая мебель, разбитая посуда, следы грязи на некогда дорогих коврах. И запах… Боги, этот запах! Не благородной пыли и выдержанного дерева, а затхлости, гнили и чего-то ещё….
Я спустился в погреба. Это была ошибка. Холод там был не от камня, а пронизывающий, до костей. Воздух гудел, словно от неслышного шёпота десятков голосов. Я выхватил меч, когда в конце коридора мелькнула тень. Не человек, нет. Нечто бесформенное, скользящее. Я бросился вперёд, готовый пронзить эту нечисть сталью, но… моё лезвие прошло насквозь, встретив лишь ледяной ветер, что задул факел в моей руке.
Я остался в полной тьме, с бешено стучащим сердцем, сжимая меч в руке, который оказался бесполезен! Я, сэр Андреас фон Ираццо, был бессилен. Я не мог сразиться с тем, что нельзя проткнуть, нельзя ранить.
Я бежал оттуда. Да, я, рыцарь, бежал, как последний трус, запыхавшийся, с побелевшими от ужаса губами. Я провёл там всего час, и этого хватило, чтобы моя гордость обратилась в пепел.
Теперь я сижу в таверне «Последний причал» и пью самое дешёвое пойло, какое только смог найти. Не их благородное вино, нет. Княгиня будет разочарована. Весь двор будет смеяться надо мной. «Сэр Ираццо, победивший бандитов, был обращён в бегство парой сквозняков и парой теней».
Коллекция предметов древностей.
Ко всеобщему сведению! По личному распоряжению её сиятельства княгини Адемарты, в преддверии большого бала город облачится в великолепие, достойное его истории. Дабы подчеркнуть благородное прошлое этих земель, её сиятельство пожелала украсить тронный зал и подходы к нему подлинными произведениями эльфийского искусства.
Всем уполномоченным сборщикам, искателям древностей и прочим заинтересованным лицам надлежит доставить ко двору любые сохранившиеся в окрестностях каменные изваяния эльфов работы древних мастеров. Особую ценность представляют статуи в полный рост, изображающие воинов или вельмож. За каждую находку, признанную достойной, полагается щедрое вознаграждение из казны.
В один из переломных моментов своей истории великий город Новиград, тогда еще пребывавший под властью короны Редании, оказался на грани катастрофы. Стремясь обеспечить городу безопасность и процветание, власти Новиграда вступили в сложные переговоры с реданским королем Вестибором Гордым и могущественной чародейкой Фрингильей Виго. Стороны заключили соглашение, скрепленное обещанием щедрого золотого вознаграждения. Однако королевская казна Редании не выполнила своих обязательств.
В ответ на недовольство жителей Новиграда разгневанная Фрингилья Виго пообещала обрушить на город свою магическую мощь, пригрозив навеки затопить его величественные улицы и кварталы. Оказавшись меж двух огней — гневом чародейки и ненадежностью реданского сюзерена — Новиград был вынужден искать нового покровителя. Спасительной гаванью стало Королевство Темерия. Перейдя под его протекторат, вольный город Новиград признал власть Темерии, став ее вассалом и положив тем самым начало новой главы в своей судьбе.
По всему Туссенту, от самых пышных садов до самых тёмных переулков Боклера, ползут настойчивые слухи. Шепчут, что княгиня, известная своей любовью древностям, готовит нечто невероятное для главного приза предстоящего турнира.
Говорят, будто в её тайной сокровищнице хранится окаменелое яйцо дракона — реликвия, найденная ещё во времена основания Туссента. Одни считают его просто ценным древним артефактом, другие верят, что внутри до сих пор тлеет магия древних чудовищ, и тот, кто получит его в награду, сможет расколоть каменную скорлупу и обрести невиданную силу или несметные богатства.
Так это или нет — покажет время, но одно ясно точно: ставки на турнире стали неизмеримо выше.