Это самая обширная часть города, она напоминает маленький муравейник, полный снующих по своим делам колонистов, пиратов и приключенцев всех мастей. Здесь располагаются торговые и развлекательные учреждения.

• Дона Исабела де Мендоса-и-Алькасар   заявиться

  Дочь губернатора Гаваны и внучка португальского банкира, воспитанная в салонах Севильи, Лиссабона и Неаполя. Говорит на пяти языках, танцует сарабанду так, что кардиналы краснеют, а мужья — бледнеют. Её красота — оружие, её обаяние — ловушка, а её улыбка — последнее, что видят те, кто осмеливается ей перечить.

  Она никогда не скрывала презрения к Карлу II — «королю-тени», чьё бессилие превратило Испанию в поле для игр французов и австрийцев. Участвовала в трёх заговорах (два из них остались в истории как «несостоявшиеся»), финансировала мятежных генералов в Фландрии (естественно доказать её причастность так и не смогли). Золото? Она не просто любит его — она обожает его вес, блеск и власть, которую оно даёт. Красивая жизнь для неё — не роскошь, а единственный достойный способ существования.

  Оказалась на португальском судне — под предлогом «торговой миссии» — на самом деле, чтобы скрыться после провала очередного плана: на этот раз она пыталась продать карты серебряных рудников в Потоси голландцам. Но когда корабль разбился у берегов ледяного острова, Исабела не запаниковала. Напротив — почувствовала интерес.

  Здесь нет двора, нет интриг, нет масок. Только выживание.
  Именно здесь можно начать всё с нуля — без прошлого, без свидетелей, без милости.
  Она уже приглядела, кто слаб, кто доверчив, кто может стать её щитом… или жертвой.

  Долг? Вера? Честь? «Пустые слова для тех, у кого нет золота», — говорит она, поправляя бриллиант в волосах, спасённый из трюма.

  Дона Исабела благополучно пережила все перипетии на проклятом острове и спаслась. Прибыла с другими испанскими счастливчиками в Веракрус одержимая кошмарами и провалами в памяти (события происходившие на острове словно покрыты пеленой).

Местные индейцы

Местные индейцы интегрированные в испанское общество, порой даже с дворянскими титулами, но не забывшие древних преданий.

• Индейцы   заявиться   (6 мест)
• Хуана Тлапал   заявиться

  Метиска из прибрежного предместья Веракруса, дочь тлатоани-подданого и испанской прачки. Торгует на рынке сушеной рыбой, чилимом и солью, завёрнутой в банановые листья. Её лоток — один из самых оживлённых: она знает, кому дать скидку, а кому — добавить перца «для удачи».

• Инес Куауичтли   заявиться

  Пожилая индианка из деревни у подножия Сьерра-Мадре, переехавшая в город после эпидемии. Продаёт лечебные отвары из коры хина, корня кошачьего когтя и цветков цинния, которые собирает сама. Говорят, её настойка из агавы может вернуть память забывчивому мужу — но только если он не изменял.

• Мигель Попока   заявиться

  Метис-охотник, чей отец был солдатом гарнизона Веракруса, а мать — из народа тотонаков. Ловит дикобразов, опоссумов и редких птиц в тропических зарослях к югу от города, чтобы продавать мясо и перья богатым домам и монастырям. Носит всегда при себе обсидиановый нож — не для разделки зверя, а «чтобы дух леса не забыл его имя».

• Томас Истлико   заявиться

  Грузчик в порту Веракруса, сын афро-индейской пары, выросший среди каноэ и шлюпок. Таскает мешки с какао, индиго и серебром от причалов до складов, неся за спиной вес, который сломал бы двух мулов. Молчит почти всегда — но когда говорит, даже надсмотрщики замолкают: его слова редки, но точны, как удар топора.